|

Татьяна Климович: Политики об абсорбции алии в Израиле. Круглый стол Лимуда (часть 2)

О 70.000 репатриантов в год, уезжающих в Израиль из Москвы, Санкт-Петербурга, Киева и Кишенева, из дальних уголков России — от Камчатки, Сахалина и до Калининграда  — рассказал за круглым столом Лимуда Хаим Чеслер, в 93-м году сменивший должность главы Сохнута в Америке на аналогичную в Моске. Он приехал туда с женой и тремя детьми, ни слова не понимающими по-русски. По его выражению, как будто пересел из Кадиллака на Рено с 2-мя колесами. На что Зеэв Элькин заметил, что Рено в России в 93-м — это как Мерседес – с точки социального статуса, возможности влиять и бюджетов. Это было грандиозно с точки зрения переживаемого исторического момента.

О миллионной алии из бывшего СССР, к прибытию которой он причастен, говорил Яков Кедми.

Но что стало дальше с этой алией, ведь задача заключалась не только в том, чтобы привести репатриантов, но и сделать так, чтобы они стали ощущать себя интегральной частью израильской реальности.

Как считает Хаим Чеслер, в этой борьбе одержана победа. Но тут, что называется, мнения участников дискуссии разделились.

Яков Кедми:

— То, чего я достиг, не смотря на то, что это была специфическая область, это было скорее исключение из правил, чем правило, потому что до этого пытались руководить этим люди, которые не приехали из Советского союза, и все время проводилась такая политика: вы сделали свое дело и сидите тихо, а мы будем руководить. Так что то, чего достигло израильское общество, это не потому что оно этого хотело, а вопреки. Просто люди прорвались. Детям русскоязычных репатриантов тоже было непросто, только из-за того, что они приехали из другой страны. Из-за акцента — им также продолжали ставить препятствия, как и тем, которые приехали в зрелом возрасте.

Зеэв Элькин:

— Люди приехали сюда, как я сказал, патриотами Израиля и сионистами. А вот что уже потом сделал Израиль во время абсорбции с этими людьми, чтобы частично у них этот здоровый сионизм отбить – это уже другой вопрос. Потому что израильское правительство и израильские структуры не поняли этого и не смогли этот идеологический момент поймать вовремя развить и укрепить, а дали частично умереть. Не смотря на это, когда сегодня я смотрю на нашу алию (а ведь прошло 20 лет), то вижу, что, во-первых, подавляющее большинство людей осталось здесь, хотя могло двинуться куда-то еще, во-вторых, на сегодня, по крайней мере, в светском Израиле русскоязычная алия стала последним главным носителем здоровой сионистской идеи. Никаких других сил – носителей в массовом количестве светской сионистской идеи в израильском обществе нет.

И еще: можно посмотреть в процентном отношении, кто идет в боевые части в израильской армии, какой идеологии придерживаются люди. Вот этот здоровый национальный инстинкт сохранения своего народа и своей страны – он у людей – не смотря на то, что государство ничего не сделало, чтобы его развивать, а часто сделало немало, чтобы его придушить, не смотря на то, что бонтон сегодня в ивритоязычном светском обществе как раз совсем не такой, а постсионистский – это  у людей сохранилось. Поэтому сегодня русскоязычная община Израиля является одним из главных носителей сионизма в израильском обществе, а в светском обществе чуть ли не главным…

Касаясь сегодняшнего дня Хаим Чеслер отметил, что революции в арабском мире, по всей видимости, не приведут ни к какой демократизации общества в этих странах. Он отметил, что алия 89-90-91 годов спасла Израиль как еврейское государство на Ближнем Востоке, и это очень весомый вклад. Она укрепила еврейское государство, которое на самом деле по-прежнему борется за свое существование.

Обстановка на Ближнем Востоке далека от спокойствия, и тем не менее евреи продолжают приезжать в Израиль, и на днях в хайфском муниципалитете состоялась встреча со 100 новыми репатриантами из бывшего Советского Союза. Алия  потихоньку пускает корни в неподатливую израильскую почву, и репатрианты  намного больше привязаны к своей новой родине, чем представляет себе некий террорист-хамасовец, который написал в своем аналитическом опусе, сидя в израильской тюрьме, что «противник слишком опасается за свою жизнь и не способен смириться с риском в любой момент, и у многих сионистов есть жилье за рубежом, и при массированных ракетных обстрелах они задумаются об эмиграции».

Но заметим тут же, что израильскому истеблишменту нельзя будет бесконечно взывать к «патриотизму бездомного еврея» («Слово о полку», Вл. Жаботинский), который обрел свой дом на земле предков, но по-прежнему, в массе своей остается без собственного жилища (и возможности приобрести его даже в отдаленном будущем, не имея достойной работы), стены которого прежде всего бросился бы защищать в трудную минуту.

И еще: как показал проведенный в рамках беер-шевского фестиваля круглый стол, формат Лимуда позволяет ставить на повестку дня самые животрепещущие вопросы, кроме того, он может стать школой политической активности для русскоязычной молодежи, которая сможет влиять в дальнейшем на происходящие в стране процессы.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

HOB. KOMMEHT.:

Архивы