Автор: klim-reporter

Известный в стране и за рубежом профессиональный театр кукол «Парус» лауреатов премии Юнеско Ларисы Соминской и Вадима Дикермана из Хайфы отметил в этом году свое 20-летие.

Каждый год театр выпускает новый спектакль, которого с нетерпением ждет маленький зритель. В прошлом году «Парус» с новым спектаклем «Каштанка и Тай» по мотивам рассказа А.П. Чехова стал золотым призером фестиваля — конкурса израильских театров  в «Габиме». В этом году состоялась премьера пьесы «Заяц, который смеется последним».
Спектакль с успехом прошел в хайфском муниципалитете. Стоило видеть,  как светились любопытством и вниманием детские глаза, как маленькие зрители общались c кукольными персонажами, становясь участниками театрального действа.
Вадим и Лариса — выпускники Горьковского театрального училища. Лариса из Питера, Вадим – из Баку. Он приехал Израиль в 90-м, она в 91-м году. Вадим начал свой творческий путь в театре Центра арабо-еврейской дружбы, куда был объявлен набор репатриантов и созданы арабская и «русско-еврейская» труппы. Это был интересный опыт соприкосновения с разными культурами. По окончании проекта, субсидированного министерством абсорбции, Вадим присоединился к Ларисе, которая уже работала в частном театре под эгидой министерства образования в спектакле о дорожном движении.
Но они мечтали о своем театре. И, в конце концов, решились пуститься в самостоятельное плаванье под своим парусом. Они так и назвали театр «Парус» и придумали логотип: парус, 4 колеса (ведь они колесят по всему миру), а над парусом – руки куклы, ведь их театр – это театр кукол.
Они выступают с куклами большими и маленькими, и зритель не замечает актеров. Куклы живут самостоятельной жизнью, каждая имеет свой характер.
Их создают художники — единомышленники, те, кто знает механику кукол. Как в шутку говорят Лариса и Вадим, они создают спектакли на века. Ведь сегодня их представления смотрит первое поколение их зрителей – уже вместе со своими детьми.
Каждый из них старался вырастить в себе артиста израильского театра.  Выступали и общались со зрителями только на иврите. Язык учили по пьесам. Вадим писал пьесы на иврите, и чтобы довести текст до литературного уровня, они приглашали переводчика.
Чтобы разнообразить режиссерский опыт, Лариса и Вадим стали ставить спектакли на арабском языке. Арабская община – это не только «Бейт Ха-Гефен» и Хайфа, но и Восточный Иерусалим.
Они поставили в палестинском театре AlKassaba спектакль по мотивам сказки о золотой рыбке. Государственный театр палестинской автономии отправился в международный тур со спектаклем в постановке Ларисы Соминской и Вадима Дикермана и в 1999 году занял второе место в объявленном Юнеско конкурсе «Лучший театр кукол мира». Первое место завоевал кукольный театр Образцова.
Мероприятие вручения премии Юнеско Соминской и Дикерману и двум арабским актерам прошло на высоком уровне: с участием Министерства культуры Израиля и Палестинской автономии, представителей Евросоюза.  Им также была вручена грамота от Палестинской автономии.
В 2000-м году Лариса и Вадим участвуют в конкурсе «Лучший Аладдин мира» и занимают первое место. С той поры они – члены Международной Ассоциации театров для детей и молодежи АССИТЕЖ, признаны министерством культуры Израиля.
Еще интересный факт. Во время войны и военных действий Лариса и Вадим дают спектакли в бомбоубежищах, переезжая с места на место, по 3-4 спектакля в день. Они считаются в министерстве обороны Израиля театром, который не боится играть во время военных действий. И не раз им приходилось радовать детей и взрослых своим искусством под звуки сирен и разрывы бомб.
В 2006 году Ассоциации предпринимателей Израиля (АПИ) признала театр «Парус» Соминской и Дикермана лучшим бизнесом года. Вот уже 5 лет, как они проводят курсы под эгидой АПИ для репатриантов, тех, кто желает вернуться в театральную профессию или впервые попробовать свои силы на театральных подмостках.
Год назад выступали на телевидении в программе «И здесь, и там» на 9-м канале, где собеседниками их кукол становились политики и общественные деятели, премьер-министр Биньямин Нетаниягу и министр абсорбции Софа Ландвер.
И все-таки самым главным для Соминской и Дикермана остается сцена и общение со зрителями, новые спектакли и задумки, недавно они стали вводить в представления фрагменты анимации, так что маленькие зрители вдруг с удивлением обнаруживают кукольных персонажей спектакля на экране. Они продолжают свой творческий путь, и хочется пожелать театру «Парус» попутного ветра!
Татьяна Климович
Фото автора
Статья опубликована в газете «Вести-Северный округ»

Фоторепортаж автора
 

Прозаик и журналист Анна Исакова создала приложение к газете «Время», а затем с группой единомышленников и самую авторитетную русскоязычную израильскую газету «Вести», известнейшее приложение к ней «Окна», работала советником премьер-министра Эхуда Барака.

В своей недавно увидевшей свет книге «Мой Израиль», представляющей собой собрание эссе, опубликованных ею в журнале «Лехаим» в разные годы, Анна Исакова знакомит нас с людьми, строившими Израиль.
В эссе «Мужчина в доме», героиней которого является Голда Меир, автор пишет не о государственном деятеле, каким и являлась премьер-министр Израиля, а об  «идэне», что на идише означает просто еврейка. Биографы и почитатели называют Голду Меир настоящей еврейской женщиной. То есть «идене». Но, как замечает Анна, для ее отца – тончайшего знатока идиша, «идене» звучало пренебрежительно. А для Голды Меир – нет:
— Она даже решилась оставить себе сугубо идишское имя, и большая часть того, что считается афоризмами Голды Меир, представляет собой перевод на иврит идишских поговорок и идиом. Например, «не будь так скромен, ты еще недостаточно велик», — рассказывает Анна Исакова.
Голда Меир уважительно относилась к культуре галута, не стеснялась и не отрицала ее, как это было, в общем-то, принято в израильском обществе.
Сама Анна Исакова опубликовала в журнале «Алпаим» статью, в которой утверждала, что идея создавать нового еврея, история которого обрывается где-то на разрушении храма и завоевателях-римлянах, никуда не годится, а нужно культивировать старого еврея с галутной культурой и культурным наследием еврейских местечек. Статья стала чем-то на подобие разорвавшейся бомбы. Ее читали и обсуждали, она была переведена на английский язык, и, в конце концов, высоко поставленные приятели Анны пригласили ее на «Костер у Амита» — одну из самых известных (но не для репатриантов) ежегодных закулисных встреч «тех, кто в Израиле что-то значит». Это своего рода элитный клуб, к которому «русские» не имели прямого отношения.
В эссе «Потухший костер» Анна Исакова пишет: «Встречи происходили в каждый День Независимости Израиля во дворе дома генерала и министра Меира Амита, кстати сказать, двоюродного брата российского поэта Бориса Слуцкого. Меир Амит, ныне покойный, был одной из центральных фигур среди отцов-основателей Израиля. Правда, в начале политической деятельности, задолго до создания государства, «отцу-основателю» было не больше шестнадцати лет…»
Но вернемся к истории самой Анны. В 1989 году — после полугодового пребывания в Лондоне в период своей успешной врачебной карьеры, где она совершенствовалось по одной из медицинских специальностей (кстати, отметим, что Анна Исакова – первая в Израиле женщина – эндоскопист) и одновременно работала как фрилансер на русской службе ВВС, она возвращается в Израиль, не представляя себе жизни вне страны.
Впрочем, как сегодня и ее дети – дочь – известный график, которая сейчас путешествует со своей выставкой по всему миру, и сын – известный адвокат.
Анна оставляет медицину и переходит в журналистику. С зарплаты в 35 тысяч на 3.5. Ею движет желание каким-то образом влиять на происходящие в стране процессы, связанные с приездом большой алии.
Исакова входит в группу, создавшую газету «Время». В это время она печатается в литературном журнале «22», но формат ежемесячного издания не позволяет эффективно реагировать на события, в отличие от еженедельного приложения, о чем свидетельствует и мировой опыт самых почетных субботних приложений, например,  “TheTimes”.
Газета «Время» на русском языке была основана в 1991 году в рамках газетного концерна «Маарив». Ее владельцем был мультимедийный магнат Роберт Максвелл, Роберт Макс, как называет его Анна, в последствии трагическим и таинственным образом погибший на яхте. Возглавил газету Эдуард Кузнецов, с которым Анна была знакома еще по деятельности в Союзе. Кузнецов приглашает ее в команду.
Полгода они вникали в тонкости издательского дела, изучали компьютер. Анна работала фактически под руководством редактора пятничного приложения «Маарива» Адама Баруха и ему сдавала пятничные выпуски приложения «Калейдоскоп». В журналистских кругах ходила байка о том, как Адам Барух во время развернувшейся между «Мааривом» и «Йедиот Ахронот» борьбы за предпочтения и сердца читателей, поучал Анну Исакову:  «Что это за мужик на обложке? Бродский? Ставь манекенщицу в бикини!» (об этом пишет в статье в «Лехаим» в  ноябре 2012 Шауль Резник)
У сотрудников газеты была бурная жизнь. Они участвовали в совместных совещаниях в министерстве просвещения и здравоохранения.
Газета пользовалась авторитетом и могла влиять на решение проблем, например, соглашаясь не печатать какие-то вещи – взамен на обещание исправить ситуацию.
После смерти Макса, вдадельцем «Маарива» стал Нимроди, поменявший финансовую политику и ущемлявший «Время». Сотрудники газеты устроили бунт и запросились в «Йедиот Ахронот». Так в 1992 году в рамках этого газетного концерна появилась газета «Вести». Анна Исакова создала литературно-публицистическое приложение  «Окна», молодежное приложение, придумала «Нон-стоп» и приложение «3.5».
В газете публиковались статьи на актуальные темы, которые освещаются в ивритской прессе только сегодня – например, о пустотах в грунте рядом с гостиницами на мертвом море, о которых журналистам сообщили русскоязычные инженеры.
Журналисты контактировали с газетой «Йедиот Ахронот». Анна публиковала там статьи на тему алии и абсорбции. Она стала автором проекта «Интеграция», выступая протии создания так называемого русского гетто, ратуя за равные права всех граждан в обществе.
Обратилась с проектом создания Комиссии по интеграции в Кнессете — к парламентариям, ее поддержал Эхуд Барак. Анна Исакова стала советником премьер-министра на русской улице, где с начала ее деятельности поддержка Барака у русскоязычных граждан возросла с 21 % до 51%.
Ей прочили должность министра абсорбции, но Анна Исакова считает, что многие функции этого министерства надо сократить, передав решение вопросов трудоустройства, жилья и прочих – в профильные министерства, оставив в его компетенции вопросы культуры — по примеру, Министерства культурного наследия в Канаде, например. И это часть ее проекта, суть которого интеграция и мультикультурность.
Сегодня Анна Исакова продолжает свою литературную деятельность и издает книги. И вот сейчас читатель может ознакомиться с ее новой книгой «Мой Израиль», совсем недавно появившейся на полках книжный магазинов.
Книга увлекает читателя в путешествие в закулисье израильской жизни, знакомит нам с людьми, строившими Израиль, раскрывает взгляд на страну репатрианта и в то же время человека, причастного к важнейшим вещам, происходящим в стране.

Татьяна Климович
Фото — Анны Исаковой

Совсем недавно вышла в свет новая книга прозаика и журналиста Анны Исаковой «Мой Израиль» в издательстве «Книжники», Чейсовская коллекция, Москва, 2015 год.

Анна Исакова создала приложение к газете «Время», а затем с группой единомышленников и самую авторитетную русскоязычную израильскую газету «Вести», и известнейшее приложение к ней «Окна», с сотрудничества с которым начался и мой творческий журналистский путь в Израиле. Тогда замредактора приложения был Ян Топоровский
Анна Исакова опубликовала свыше 800 статей на разные темы в разных газетах и журналах в разных странах на трёх разных языках – иврите, русском и английском. С предисловием Исаковой вышло новейшее 9-томное собрание сочинений Владимира Жаботинского.
После первой — успешной медицинской карьеры, работы журналистом и редактором, Анна Исакова стала советником премьер-министра Эхуда Барака.
За это время она опубликовала в журнале «Лехаим» целое собрание эссе. И вот совсем недавно это собрание появилось в свет в виде книги «Мой Израиль», издательство «Книжники», Чейсовская коллекция, Москва, 2015 год.
Эта интереснейшая книга, увлекающая читателя в путешествие в закулисье израильской жизни, знакомящая нам с людьми, строившими Израиль, раскрывающая взгляд на страну репатрианта и в то же время человека, причастного к важнейшим вещам, происходящим в стране, и стала поводом для нашего с Анной Исаковой интервью.

Конечно, я волновалась перед разговором с человеком такого масштаба, но постепенно интерес и любопытство сломали льдинку. Установившая дружеская симпатия способствовала беседе, которая протекала в дружеском, юмористическом ключе, и мы проговорили не меньше 2-х часов.
Итак, Анна Исакова приехала в Израиль в декабре 1971– после 3-х лет в отказе. Целью Анны и ее единомышленников было не организовывать кружки по изучению иврита и еврейского наследия, а уехать. И они провоцировали власть, устраивали акции протеста, голодовки, вынуждая власть избавиться от граждан, которых обуяло неукротимое желание уехать из страны в Израиль. Причем, чтобы не исчезнуть бесследно, сгинуть в подвалах следственных изоляторов, нужно было установить связь через иностранных корреспондентов с зарубежными СМИ, тем же радио «Свободы», «Би-би-си» и другими радиостанциями, обеспечив гласность.
Анна вспоминает, как устроили забастовку на Центральном телеграфе в Москве  – потому, что он не закрывался на ночь.
Анна родом из Вильнюса, Литвы, где евреи были практически полностью уничтожены фашистами и их приспешниками из литовцев.
Она помнит, как училась в Медицинском институте, и на занятиях по анатомии им сказали принести череп. Ее знакомый – литовец вызвался ей помочь. Какой же ужас обуял Анну, когда преподаватель, тоже литовец, указал ей на дырку в черепе и с усмешкой сказал: «Жалко, что тебе не удалось узнать, что эта дырочка означает — раньше!»
Анна росла в семье, преданной сионистским идеалам. Ее родители — дети свободной Европы между двумя войнами — были противниками всякой диктатуры, в том числе, советской власти не смотря на то, что Красная армия освободила Литву от фашистов. Отец был известным адвокатом, мать модельер – открыла в Каунасе незадолго до начала войны и бегства от фашистов в Казахстан — модное ателье.
У Анны не было ни сестры, ни брата, потому что родители считали, что в духе настоящей свободы и всесторонней развитости можно вырастить, отдавая ему всю любовь и внимание, единственного ребенка.
В 1969 году они подали документы на отъезд, за их семьей стали следить, Анну не раз вызывали на допросы в КГБ, но с работы ее не уволили. Заведующий поликлиникой – литовец – был ярым противником советской власти, и не раз предупреждал Анну: «опять пришли, прыгай через окно в моем кабинете». Мужчины в плащах дежурили возле парадного их дома, и мама, угощала их сигаретами, что еще раз подчеркивало всю трагикомичность и абсурдность ситуации.
У них были родственники и знакомые по всей Европе, родители могли уехать еще до войны в любую страну, но их души влекла жаркая Палестина.
Кстати, как рассказала мне Анна, когда она была еще совсем девчонкой, в Москву приехал Ив Монтан, и Анна со своим дядей навестили легендарного певца, с которым тот был хорошо знаком. Ив Монтан принял их очень тепло, а его жена Симона, глядя на Анну, посоветовала ей: «И все-таки, будет лучше, деточка, если ты соберешь в пучок свои роскошные волосы!»
Вообще Анна Исакова – это кладезь интересных историй, в ее рассказах оживают люди, вошедшие в историю благодаря оставленному ими культурному наследию: Модильяни, Сутин, с которыми ее дядя художник – Яков — Джейкоб Козловский жил в знаменитом парижском общежитии для художников Улье и делился воспоминаниями об этом со своей племянницей.
По приезде в Израиль в течение нескольких лет Анна была единственным русскоязычным врачом в больнице Тель Ха-Шомер, куда русским врачам вход был заказан. И вот как это получилось.
Она занималась литературной деятельностью еще до приезда в Израиль, и тут ее пригласили на израильское русское радио, и она почти согласилась, но папа ей сказал, какая же ты журналистка, если не можешь устроиться в Телль Ха-Шомер врачом.
Тогда Анна представилась по телефону, сказав, что она родственница известного профессора Каплинского. Это прозвучало, ее вызвали к директору. Она сидела в кабинете, и представляла, что вот-вот директор он соберется звонить Каплинскому, и тогда Анна положит руку на трубку, а трубку на рычаг и скажет, что она журналистка и пришла выяснить, почему в Тель Ха-Шомере считают не достаточно высоким уровень профессионализма  русских врачей для принятия на работу.
Но ее не спросили, видно Анна была убедительна на интервью, и еще долго она оставалась в больнице единственной русской. И когда приезжала какая-то комиссия, ее вызывали, и Анна шутила, что ей положен белый бант и белый фартук – для выхода. Вот так однажды в больницу приехала делегация вместе с Голдой Меир, которая сказала, обращаясь к Анне,  удивляя своим густым низким голосом:
— Как тебе нравиться свобода? Там ведь ты не могла критиковать главу правительства, а здесь можешь!
— А здесь я не могу критиковать директора больницы, — возразила она.
— Увольте ее, от нее будут одни проблемы, — ответила Голда Меир.
Дорогие читатели, продолжение репортажа об Анне Исаковой – человеке прямом и мужественном, обладающим острым умом, литературным даром, чувством юмора, и ее новой книге «Мой Израиль» — в одной из следующих публикаций на сайте.
Татьяна Климович
Фото — Анны Исаковой