Рубрика: Актуально

В Израиле в Хайфе живет единственный на сегодняшний день крымский  подпольщик Мордехай Браун, уцелевший в войну благодаря хорошему знанию немецкого языка и славянской внешности – автор книги «Наперекор судьбе» (2004 год, Хайфа). В 1944 году по ложному доносу был арестован и провел в заключении 11 лет, в том числе 2 года на Колыме. С его дочерью – хайфчанкой Зиной Браун – многие из вас хорошо знакомы. Зина — исполнительница многих ролей, в том числе, главных, в спектаклях театра «Лица» и автор интересных рассказов.

Совсем недавно мы, хайфчане, поздравили с юбилеем Зининого отца. Мордехаю Брауну исполнилось 90 лет!

А незадолго до этого знаменательного события я побывала у него дома. Конечно не впервые Мордехай Браун давал интервью. Статья о его судьбе была напечатана в немецком журнале «Трибун», он издавал  свои заметки в хайфской русскоязычной прессе. У него дома  я увидела  подписанное знаменитым режиссером Стивеном Спилбергом благодарственное письмо за данное его фонду интервью. Его воспоминания хранятся в базе данных, организованной фондом Спилберга — в числе 50.000 других свидетельских показаний переживших Холокост из 56 стран мира – в музее Яд Вашем  в Иерусалиме и «Холокост» в Вашингтоне. В 1999 году Мордехай Браун снялся в фильме «Джазмен из Гулага» — о знаменитом музыканте, немецком еврее польского происхождения Эдди Рознере. Они встретились в Гулаге, когда Мордехай Браун работал на стерилизации одежды, травил вшей. И Эдди пригласил его в оркестр, сделав для Мордуха – так его звали в лагере специальную тубу. Ведь у Брауна на левой руке нет пальцев, отрубил себе в лагере, чтобы не умереть на непосильных работах.

Судьбы их были в чем-то похожи. В 1939 году после завоевания Польши немцами, они бежали в Советский Союз, росли в еврейких семьях, Эдди в Германии, Мордехай в Польше. Он родился в 1923 году в Варшаве.  Папа – инвалид первой мировой войны, торговал табачными изделиями. В семье было  8 детей. Он — второй по счету. Все дети очень красивые, удачливые.

Когда началась война, ему было 16 лет, он учился в религиозной школе — Хедере, изучал Тору, но и в светской также, хорошо знал математику, историю, языки. Немецкая оккупация началась с грабежей. Сначала немцы вели себя более менее корректно, ну разве что разразграбили еврейское имущество. Приходили в дом, приказывали жителям выйти из квартиры и забирали то, что им нравится. Семья Браунов жила в небогатом районе, а немцы были осведомлены, куда им идти, поэтому к ним в семью не пришли. К тому же все семейные драгоценности сметливый Мордехай наказал маме спрятать в  тарелочку люстры.

С первых дней прихода немцев Мордехаю довелось строить гетто. Вышел такой  приказ – из каждой квартиры – один член семьи должен был приходить на сборный пункт. Там людей строили в колонны и гнали на работу – на объект. Разбирали разрушенные  дома и из кирпичей строили  3-метровую стену в 3 кирпича толщиной. Никто тогда не знал, что это будет Варшавское гетто. Но на верху стены бетонировали колючую проволоку .  Семья Браунов жила недалеко от старого еврейского кладбища, и его стена служила одной из стен гетто.

24 октября, приготовив себе вещи – теплое белье, крепкие солдатские ботинки и демисизонное пальто, он отправился в путь. Стал семейным разведчиком. Ведь молодежь уходила массово с территории, занятой фашистами на советскую сторону. Его брат ушел на месяц позже.

Дважды, петляя, он переходил Буг. Первый раз подошел к понтонному мосту через реку, построенному рядом с разрушенным, но его заверул часовой. Покрутившись у моста, Мордехай увидел, что к нему   направляется благодушно настроенный немец, без оружия. Немец наяривал на гармошке  какой-то мотивчик, и Мордехай ему помог – свистом. Они стали наяривать вместе. Тебе на мост, -спросил немец. Я, я – ответил Мордехай, и они пошли.

Удивительно, как Мордехай не боялся, запросто выдавал себя то за поляка, то потом – за немца…

Репортаж Татьяны Климович